МНЕНИЯ
12:08, 01 августа 2019

Руслан Mr.Slan Салиев о том, почему брать рэп под контроль – сомнительная идея

Узбекистан однозначно лидировал в Средней Азии по количеству крутых, талантливых, креативных проектов шоу-бизнеса, но что-то пошло не так.

В 1999 году, ровно 20 лет назад, на радио «Сезам» вышел первый выпуск моей программы «Хип-хоп просвещение». Впервые в стране на FM-волне прозвучал настоящий Gangsta-rap без примесей и сантиментов. Это был Method Man. Хлесткий, честный, легендарный, но неизвестный массово у нас в стране. Когда через неделю в редакцию стали приходить письма с вопросами, когда будет второй выпуск и что это за крутая музыка, я понял, что теперь ответственен за популяризацию рэпа в СМИ Узбекистана.

За много лет в эфире этот проект обрел тысячи поклонников, а кассеты андеграундных ребят со всей страны приходили коробками. Выяснилось, что на просторах нашей родины десятки самородков, для которых рэп – единственный способ самовыражения. Эти записи были далеки от идеала в качественном смысле, но музыка, которую они создавали дома, была самой честной, искренней и настоящей. Фейковость равнялась нулю. Причина в том, что в конце 90-х – начале нулевых рэп не цензурировался, он являлся самостоятельным ростком отдельной субкультуры. И да, он у нас был.

Многие из ребят, кто делал рэп в то время, были из неблагополучных семей и именно этот стиль был их эскейпом, убежищем от проблем и непонимания, подростковых комплексов и фрустраций, а микрофон, зачастую единственным другом, которому можно выговориться и вылить все, что на душе. При этом, большинство рэперов того времени нашли себя в жизни, став успешными людьми в абсолютно разных сферах, со всеми базовыми человеческими ценностями, выставленными не напоказ, а просто потому что они так чувствуют и живут. Никого из них рэп не развратил и не разложил, несмотря на обилие в нем ненормативной лексики.

«Узбекистан однозначно лидировал в Средней Азии по количеству крутых, талантливых, креативных проектов шоу-бизнеса»

И если этот стиль привнес какую-то пользу, то как минимум вдохновил, придал уверенности и помог не сломаться. Я говорю это, имея под собой основания. Я получал письма. Множество писем от молодежи, которая по какой-то причине в тот момент оказалась никому не нужна. В них было много тепла, поддержки и слов о том, что рэп – это смысл. Вообще, девяностые и нулевые до второй половины были золотой эпохой мейнстрим-музыки. Узбекистан однозначно лидировал в Средней Азии по количеству крутых, талантливых, креативных проектов шоу-бизнеса. Что не имя – то успех. Хиты, созданные с любовью, которые помнят и поют до сих пор. Я помню, как казахстанские коллеги часто приглашали нас на концерты или спродюсировать треки их артистам, переманивали лучших звукорежиссеров, аранжировщиков, музыкантов. Сейчас они безусловно впереди по всем составляющим шоу-бизнеса. Их клипы свободней, качественней и круче сняты, музыка не зажата в тиски ментальности, они экспериментируют со звуком, создавая продукт в разы выше уровнем, чем наш сегодня. Девичьи группы не просто оголяют плечи, а Скриптонит, несмотря на доминирующее присутствие в российском пространстве, насквозь пропитан урбанистической драмой своей страны и не стесняется в выражениях. Наивно думать, что его слушатели упыри. Это люди из всех отраслей жизни. 

Короче, у меня новости. Если кто-то еще не знает, музыка не разлагает людей. Мат их тоже не разлагает. Людей разлагают недостаток воспитания, образования, среда, коррупция, ощущение либо тотальной безнаказанности, либо чувства безысходности, в общем огромный список факторов, над устранением которых нам еще работать и работать. Но только не музыка. Запрещать искусство, каким бы оно ни было – утопия. При СССР запрещали многих музыкантов, однако это лишь превратило их в рок-идолов. Контролировать тоже не получится. В век высоких технологий это сомнительная перспектива. Интернет принадлежит всем.

Что касается публикации, в которой идет речь о том, что рэперы взяты под контроль, необходимости направить этот стиль в правильное русло и так далее, а также всеобщую истерию по этому поводу, хочу сказать: удивительно, почему только сегодня эта история вызвала такой ажиотаж. Будучи человеком, стоявшим у истоков хип-хоп культуры в Узбекистане, могу заверить, что с подобным мы сталкиваемся не впервые. Достаточно вспомнить события восьмилетней давности, когда рэп-артистов пригласили в «Узбекнаво» для того, чтобы упорядочить контент. Это была феерическая встреча в лучших традициях Булгакова, за круглым столом, где нам рассказывали о менталитете, ценностях и патриотизме. Затем было предложено провести «правильный», «патриотичный» хип-хоп фестиваль. Всё это на фоне телепередачи, в которой говорилось, что рок и рэп – музыка дьявола, нависшая черными тучами над головами узбекской молодежи, о том, что корни рока в африканских охотничьих ритуалах, а рэпа – в тюрьме.

«Мы стали мемом для стран-соседей»

Утром мое лицо украшало главную страницу Lenta.ru под заголовком “Узбекским рэперам дали установку на милосердие и любовь к родине” и первую чашку кофе я выпил, читая десятки сообщений друзей и коллег из ближнего зарубежья с вопросами “все ли в порядке?”, “что у вас там происходит?”. Я буквально “слышал” гомерический хохот людей из разных стран, потому что сами фразы вроде: “призывать”, “воспитывать”, “настаивать”, “утверждать”, “контролировать” или “доносить, о чем они должны петь” – уму непостижимы, неприемлемы ни для какого артиста, любой ментальности, не то, что для рэпера. Рэп-музыка и установки – это антонимы. В 2011 году, по этой причине, мы стали мемом для стран-соседей, а подобные новости отражаются на имидже страны, хотите вы того или нет.

Что было дальше? История сошла на нет и рэп, а точнее то, что от него осталось, оставили в покое. Тем не менее «Узбекнаво» – ментор, организация, которая считала, что имеет полномочия решать, что петь артисту и как ему выглядеть, на основании этого выдавать лицензию, а в случае неповиновения лишать её. В результате постепенно отсекла людей, которые фонтанировали креативным творчеством. Их не показывали по телеку и едва брали в ротацию на радио. Эстафету принял «Узбекконцерт» и мы продолжаем видеть то, что видим в последние годы: безликую массу одинаковых артистов, за редким исключением, пекущих музыкальную самсу по строго заданному рецепту для одной только цели: отработать как можно больше свадеб и во всем соглашаться с тем, что скажет «Узбекконцерт». В противном случае отнимут лицензию,  перестанут показывать по каналам и ты не сможешь петь на свадьбах. А как же с музыкой? Какой музыкой? Талантливые люди нашей страны не светятся в телевизоре. Они творят в своих студиях, пишут крутые треки, заливают их на мировые порталы, ездят на конкурсы, побеждают в них или становятся ярким событием сезона в других странах, некоторые свободно выпускаются на европейских лейблах, а потом приезжают на родину в качестве иностранных артистов. Им не нужен «Узбекконцерт», и это, похоже, взаимно. Всегда умилял парадокс: наша земля – кладезь талантов. Большинство из них реализуют себя за пределами родного края, будучи невостребованными в нем, а после того, как добьются успеха без чьей-либо помощи, все наперебой кричат: «он же наш».

Пару слов о патриотизме. Патриотизм – великая вещь, если она искренняя, а «не взятая под контроль». Песни о родине, которую ты любишь – прекрасно! Jay-Z с Alicia Keys записали Empire State of Mind, который принято считать вторым негласным гимном Нью-Йорка. Это идеальный пример патриотичной песни. Но вряд ли мы можем представить условного Джона Доу, который сказал Jay-Z, что он ведет себя «неподобающим образом», взяв текст на утверждение. Некоторые скажут: в Америке другая ментальность. Я вам скажу: в многонациональной стране как наша, не может существовать единой ментальности и одинаковых ценностей, да и вообще, ментальность – субстанция больше мифическая, нежели фактическая.  

Цензура для искусства – мощнейший стоп-кран 

Возможно, я не знаю всей практической пользы от существования «Узбекконцерта», скорее всего она есть, но я искренне убежден, что нынешний формат этой организации губителен для творчества и музыкального развития страны. Никто не имеет права указывать артисту как ему петь, выглядеть, что загружать в свой Инстаграм, носить бороду или бриться наголо. Цензура для искусства – мощнейший стоп-кран. А мы ведь говорим об искусстве, верно? Если музыка не пропагандирует откровенный экстремизм, насилие, дискриминацию и другие очевидно неприемлемые вещи, то ни о какой цензуре не может быть речи. Мы вещаем об инновациях, свободе выбора и полноценной интеграции в мировое сообщество, так ведь? При таком раскладе подобная стратегия просто немыслима. Конечно, если конечная цель – армия одинаковых исполнителей, то все идет как надо, но ведь нет такой цели?  Очень хочется верить, что в «Узбекконцерте» понимают, что телевидение, радио и другие традиционные СМИ проиграют в неравном бою с интернетом и технологиями. У нас это еще не чувствуется в полной мере, но это всего лишь вопрос времени. А рэперы, в любом случае, и без вас справятся. Спасибо. 


Получайте новые статьи первыми в Телеграм-канале @RepostUZ

Re:post
12:08, 01 августа 2019

Вам также может быть интересно


СМОТРЕТЬ ЕЩЕ