Фото: t.me/sherzodxonqudratxoja, РИА Новости

Ранее Repost.uz писал о том, что российский телеведущий Владимир Соловьев выступил с заявлением о «зоне влияния» РФ, упомянув Армению и Центральную Азию.

Ректор Университета журналистики и массовых коммуникаций Узбекистана Шерзодхон Кудратходжа прокомментировал резонансное высказывание Соловьева.

Пропаганда без тормозов. Владимир Соловьев в прямом эфире сказал вслух то, что раньше старались маскировать: международное право можно игнорировать, суверенитет — считать формальностью, а чужие страны — объявлять «зоной влияния». Формула «Наша Азия» — не случайная оговорка, а чистый колониальный язык, в котором государства превращаются в объекты, а границы — в помеху, — написал он в своем Telegram-канале.

Кудратходжа напомнил, что Соловьев ранее публично утверждал, что нападение на Украину — преступление и путь к катастрофе.

Сегодня это «преступление» без малейших колебаний переписано в «необходимость». Так работает пропаганда, когда ей больше нечего объяснять: она просто стирает собственную память и предлагает зрителю сделать то же самое. Можно, конечно, сказать, что Соловьев всего лишь заливается, как соловей — громко, витиевато, с напором, не всегда отвечая за последствия сказанного. И очень хочется надеяться, что это не позиция высшего российского истеблишмента, а очередной пропагандистский номер, рассчитанный на эффект внутри студии. Но история слишком часто показывает, что подобные «соло» редко остаются просто словами, — продолжил профессор.

По словам Шерзодхона Кудратходжи, в публичной политике мысли, произнесенные вслух, — это уже не философия, а репетиция действий.

Это уже не спор и не аналитика. Это нормализация войны как допустимого инструмента политики. Украина стала прецедентом, Центральная Азия — предметом вслух озвученных фантазий, а «зона влияния» — универсальным оправданием для любого насилия, упакованного в слова о безопасности. Когда с экрана заявляют, что «плевать на право», речь идет не о риторике. Речь идет о намерении. История такие заявления фиксирует не как эмоцию, а как доказательство. И каждый раз она заканчивается одинаково — последствиями, от которых уже невозможно отговориться эфиром, — добавил он.

Кудратходжа заявил, что продолжение этой логики очевидно и потому особенно опасно.

Если международное право объявлено «необязательным», а суверенитет — условным, то в мире, который рисует пропаганда, не остается ни союзников, ни договоренностей, ни гарантий. Остается только право сильного, переименованное в «безопасность». В такой картине мира государства перестают быть субъектами — они становятся фрагментами карты, которые можно передвигать, стирать или присваивать в зависимости от текущих телевизионных аргументов. Сегодня это проговаривается в эфире, завтра — закрепляется в политическом языке, послезавтра — оформляется в действия. Именно так слова перестают быть словами и превращаются в механизм, — отметил профессор. 

Шерзодхон Кудратходжа подчеркнул, что история уже проходила этот путь.

Сначала — разрешение на произвол в риторике. Потом — привычка к насилию в объяснениях. И только в конце — удивление, почему «никто не понял» и «все вдруг ополчились». Пропаганда всегда уверена, что последствия можно отменить так же легко, как и вчерашние заявления. Но реальность так не работает. В XXI веке войну больше не нужно объявлять. Ее достаточно нормализовать. Достаточно несколько раз сказать, что «нам можно», что «так надо», что «иначе нельзя». Именно так работает окно Овертона: вчера — немыслимое, сегодня — обсуждаемое, завтра — допустимое, послезавтра — реализуемое. Именно поэтому подобные эфиры опасны не содержанием, а функцией — они сдвигают границы допустимого и подготавливают общество к следующему шагу. И здесь вопрос уже не к одному телеведущему. Вопрос к тем, кто воспринимает подобные формулы как приемлемые. Потому что каждый раз, когда агрессия оправдывается в словах, она приближается в действиях. И каждый раз, когда право объявляют помехой, мир становится на шаг ближе к очередной катастрофе, которую потом снова назовут «вынужденной», — написал он.

По словам Кудратходжи, история, в отличие от пропаганды, ничего не забывает.

Она просто ждет, когда сказанное вслух станет достаточным доказательством того, что выбор был сделан сознательно, — подытожил он.

Больше новостей в Телеграме Подписаться