Узбекистан

30.01.2021 | 14:00

АЭС в Узбекистане. Игрушка в руках политиков? 

Экономист-аналитик и независимый эксперт Игорь Цой о том, почему в строительстве АЭС нет экономики, а есть только чистая политика.

АЭС в Узбекистане. Игрушка в руках политиков? 

Первая часть материала опубликована по ссылке

Досадно то, что самое последнее слово техники будет сказано за минуту до светопреставления.

Дон-Аминадо, русский поэт-сатирик. 

Учёные расщепили атом. Теперь атом расщепляет нас.

Квентин Рейнолдс, американский журналист. 

«Площадка для строительства первой атомной электростанции (АЭС) в Узбекистане практически полностью соответствует критериям Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ)», - сообщила 7 сентября 2019 года пресс-служба агентства «Узатом».

«Даже если все держатся одного мнения, все могут ошибаться» (Бертран Рассел, британский философ)

В многочисленный стройный хор голосов сторонников строительства АЭС в Узбекистане вливается и мнение Генерального директора ГУП «Государственный проектный НИИ инженерных изысканий в строительстве, геоинформатике и градостроительного кадастра» Юлдаша Магрупова: «У МАГАТЭ перечислены 15 «неблагоприятных факторов», при наличии которых строительство АЭС под вопросом. Так вот наша нынешняя площадка — это очень редко встречается в мире — полностью свободна от 14 из них».

По оценке Юлдаша Магрупова, пятнадцатый фактор – подземные воды на глубине 6-12 метров от поверхности – «легко решается инженерным способом». Как решили «инженерным способом» надёжность дамбы водохранилища «Сардоба» все знают. А ведь создание грунтовой насыпи или вала не идёт ни в какое сравнение с требованиями, предъявляемыми к сооружению атомной станции.

Что касается МАГАТЭ. У Международного агентства по атомной энергии существуют три строго запрещающих строительство АЭС фактора.

Сначала перспективной площадкой для АЭС был участок в Навоийской области у озера Тудакуль. 29 сентября 2018 года произошло землетрясение силой 4 балла с эпицентром в Навоийской области. Оно продемонстрировало, что разлом земной коры в зоне строительства АЭС сейсмически активен.

Внимание переключили на три площадки у озера Тузкан. В мае 2019 год одну из них выбрали. Узбекские специалисты вместе с россиянами составили программу инженерных изысканий. По заявлению заместителя директора по науке Института сейсмологии Академии наук Узбекистана Вахитхана Исмаилова: «Площадка будущей АЭС находится в стороне от активных разломов земной коры — потенциальных эпицентров землетрясений». 

Озеро Тузкан, в отличие от других водных объектов края, не является искусственным. Оно является остаточным водоёмом Арало-Каспийских вод.

В этой связи, интересно мнение специалистов Федерального государственного унитарного предприятия «Научно-технический центр радиационно-химической безопасности» (Россия): «Возвращаясь к проблеме сейсмической безопасности атомных станций, следует отметить, что все российские АЭС - как бы специально - привязаны к разломам земной коры. Эта, удивительная на первый взгляд, особенность имеет простое объяснение. 

Дело в том, что древние тектонические разломы прикрыты толстыми осадочными породами и не бросаются в глаза. Однако, непосредственно над разломами образовались углубления земной поверхности, в которых текут реки и расположены озера. К этим-то водным источникам и привязывали проектировщики строящиеся АЭС, чем и объясняется их соседство с невидимыми тектоническими разломами.

Тот факт, что в настоящее время эти тектонические разломы неактивны, не может быть основанием для убеждения в сейсмической безопасности объектов, расположенных вблизи. На протяжении длительной геологической истории были неоднократные случаи подвижек земной коры с активизацией её разломов. Нет гарантий от повторения подобных случаев с тяжёлыми последствиями, в частности, для АЭС». 

Но разве слышат подобные предупреждения отечественные чиновники? Они ведь слышат лишь «громкие слова» и «ура-ура».

Кроме того, ряд охраняемых природных территорий страны имеют международное значение для сохранения биоразнообразия. Так, озеро Денгизкуль (в 2001 году) и Айдар-Арнасайская система озёр (в 2008 году) были включены в список водно-болотных угодий международного значения (Рамсарская конвенция). Эта конвенция была утверждена постановлением Олий Мажлиса Республики Узбекистан от 30 августа 2001 года № 278-II «О присоединении к Конвенции о водно-болотных угодьях, имеющих международное значение, главным образом, в качестве места обитания водоплавающих птиц» и вступила в силу для нашей страны 8 февраля 2002 года.

Пункт 1 статьи 4 Рамсарской конвенции гласит: «Каждая Договаривающаяся сторона способствует охране водно-болотных угодий и водоплавающих птиц посредством создания природных резерватов на водно-болотных угодьях, независимо от того, включены они в Список или нет, и обеспечивает надлежащий надзор за ними». 

Ещё в 1983 году был создан Арнасайский заказник. Согласно закону от 3 декабря 2004 года № 710-II «Об охраняемых природных территориях» заказники относятся к категории таких территорий.

«На земельных участках и участках акватории охраняемых природных территорий запрещается любая деятельность, противоречащая их целевому назначению». Так гласит статья 7 указанного закона. Но в этой же статье содержится следующее положение: «Изъятие земельных участков охраняемых природных территорий (кроме земельных участков национальных парков) для государственных и общественных нужд допускается в исключительных случаях».

Понятно, что чиновники рассматривают строительство АЭС как такой «исключительный случай».

«Нужда рождает изобретение, изобретение - две нужды» (Ясон Эвангелу, греческий поэт и мыслитель)

Генеральный директор агентства «Узатом» Журабек Мирзамахмудов на вопрос об отсутствии тендера по строительству АЭС ответил: «Выбор партнёра не был спонтанным решением или в угоду политике. Выбор был сделан исходя из экономических интересов республики». 

Глава «Узатома» сообщил, что узбекская сторона самостоятельно изучила опыт строительства АЭС в России, США, Китае, Франции и Южной Кореи и остановила свой выбор на «Росатоме» по ряду факторов: срокам подготовки необходимых документов и кадров для работы на станции, а также выборе самой современной технологии. 

Как «узбекская сторона самостоятельно изучила опыт строительства АЭС», например, в Республике Корея можно судить по сообщению пресс-службы. «Делегация Узбекистана посетила в Южной Корее одну из самых мощных в мире АЭС «Кори» с установленной мощностью 7743 МВт, - сообщили в пресс-службе Министерства энергетики республики. - Узбекистанскую делегацию возглавил генеральный директор агентства «Узатом» Журабек Мирзамахмудов. Представители Узбекистана планируют наладить сотрудничество с южнокорейскими компаниями в сфере ядерной энергетики. Делегация Узбекистана посетила 4-ый энергоблок АЭС «Кори», который был введён в эксплуатацию 29 августа 2019 года, а также строительные площадки двух энергоблоков, которые планируется запустить в 2023 и 2024 годах». 

Это не изучение. Это – экскурсия. На счёт выбора компании «Росатом». Глава общественного объединения «Карагандинский ЭКОмузей» Дмитрий Калмыков высказал свою точку зрения на планы строительства АЭС в Узбекистане: «Сюда [в Казахстан – прим.авт.] это продать не удалось, потому что у Казахстана постъядерный негативный опыт. И население очень негативно относится к любым упоминаниям о всяческих ядерных технологиях. Все помнят последствия испытаний ядерного оружия, которое испытывалось на собственном населении. И российским атомщикам удалось продвинуть это [проект АЭС – прим.авт.] в Узбекистане».

Экс-министр нефтепродуктов Узбекистана, ныне эколог общественной организации «Международная академия наук экологической безопасности» Анвармирзо Хусаинов считает, что через строительство АЭС в Узбекистане «Кремль хочет закрепиться в Центрально-Азиатском регионе».

«АЭС в будущем нужно будет обслуживать, защищать от угроз, а это уже военно-технические вопросы. К Узбекистану большой интерес проявляют США, Евросоюз, которые видят, что здесь можно построить такую страну, которая могла бы быть примером для Афганистана и Ирана. 

И в этих условиях Россия, которой не удалось построить АЭС в Казахстане, решила закрепить страну в фарватере российской политики, начав строить АЭС в Узбекистане. Узбекистан вынужден как-то подыгрывать Москве. Кремль давит, не даёт времени на осмысление и изучение общественного мнения. Многие в Узбекистане хотят, чтобы по данному вопросу провели референдум», — делится мнением Хусаинов.

Что касается аргументов агентства «Узатом» относительно сроков «подготовки необходимых документов и кадров для работы на станции, а также выборе самой современной технологии». 4 мая 2019 года в «Докладе о состоянии мировой атомной промышленности» (The World Nuclear Industry Status Report) было отмечено https://www.worldnuclearreport.org/Grid-Connection-of-Russian-Reactor-Novovoronezh-II-2.html : «Строительство второго блока Нововоронежской АЭС-2… началось 12 июля 2009 года. Ничего не известно о финансовых последствиях неоднократных задержек, растягивающих сроки строительства почти до 10 лет.

Росатом предложил проект реактора ВВЭР-1200… мощностью 1200 МВт в различных странах, включая Бангладеш, Египет, Финляндию и Вьетнам. Два энергоблока строятся в Белорусии, однако проект не был лицензирован ни в одной западной стране.

Первая независимая оценка проекта ВВЭР, в частности, строящегося в Беларуси Островецкого ВВЭР-1200, была завершена Европейской группой по надзору в сфере ядерной безопасности (European Nuclear Safety Regulators Group (ENSREG). 

Европейская группа по надзору в сфере ядерной безопасности пришла к выводу, что существуют значительные проблемы, связанные с проектированием и системами безопасности. Оценка ENSREG контрастирует с утверждениями «Росатом» о том, что «они абсолютно безопасны в эксплуатации и полностью отвечают требованиям МАГАТЭ после аварии на АЭС «Фукусима». 

Вот так! Это уже не мнение «всяких» экологов и общественности. Ещё один факт: в августе 2019 года Корпорация по атомной энергии Индии (NPCIL), являющаяся заказчиком АЭС «Куданкулам», сообщила о проблемах с качеством российских турбин и предложила заменить их в новых проектах японскими турбинами. Турбины для АЭС этого проекта поставляет АО «Силовые машины» (Санкт-Петербург). 

Это событие уже вызвало энтузиазм в Украине. Акционерное общество «Турбоатом» (Харьков), специализирующееся на выпуске паровых турбин для тепловых и атомных электростанций, уже заявило о перспективах победы предприятия в тендере на поставку турбин для АЭС в Узбекистане. Но знают ли об этом в самом Узбекистане?

«Царедворцы кричат: «Давайте нам, не считая», а народ: «Считайте то, что мы вам даём» (Мария Лещинская, королева Франции, супруга короля Людовика XV)

В первой части статьи уже приводились международные оценки международной консалтинговой фирмы и крупнейшего в мире независимого инвестиционного банка Lazard о том, что средняя стоимость электроэнергии, выработанной на атомной электростанции, составляет 11,8-19,2 цента за 1 киловатт-час. Это данные за 2020 год.

В июле 2019 года ведущий немецкий институт экономических исследований DIW Berlin опубликовал доклад «Слишком дорого и опасно: атомная энергетика не является решением для климатически-дружественного энергоснабжения». 

Основная мысль исследования заключается в том, что атомная энергетика слишком дорогая, опасная и не может решить проблему «климатически-дружественного энергоснабжения». 

В докладе DIW Berlin критически рассматривается вопрос, является ли ядерная энергетика экономичным и чистым вариантом для будущего экологически устойчивого энергоснабжения. С одной стороны, - с экономической и исторической точек зрения, - оцениваются политические и институциональные условия и затраты, при которых атомные электростанции были построены во всём мире. С другой стороны, математическое моделирование определяет ожидаемую привлечённую стоимость инвестиций в новые энергетические атомные проекты.

Анализ всех 674 ядерных реакторов, построенных с 1951 года и используемых для производства электроэнергии, проведённый DIW Berlin, показал, что ядерная энергетика не является чистым и дешёвым источником энергии. Результаты, приведённые DIW Berlin, показывают: 

  1. в прошлом ядерная энергетика не являлась чистым и дешёвым источником энергии; 
  2. ядерная энергетика не будет таковой и в будущем.

Вопреки первоначальному оптимизму относительно потенциально низких затрат на ядерную энергию уже в конце 1950-х годов стало ясно, что у атомной энергетики нет шансов на экономическую конкурентоспособность, отмечает DIW Berlin. Как в США, так и позже в других странах, весь производственный цикл в отрасли, начиная с изготовления оборудования, сопровождался массивными субсидиями со стороны государства. 

Кроме того, расширение масштабов строительства атомных электростанций не привело к эффекту «экономии на масштабе». Напротив, удельная стоимость на киловатт установленной мощности постоянно увеличивалась. Обычно, когда та или иная технология достигает зрелости, стоимость продуктов, технологий и услуг снижается. 

Однако, в случае с атомной энергетикой отмечается очевидное отклонение от обычной кривой затрат — расходы со временем растут. Описание данного феномена встречается в научной литературе.

Так, исследователи из Imperial College London, Universidade Federal do Rio de Janeiro и University of Minho сравнили заявляемые в проектах расходы на строительство атомных электростанций и фактические затраты за длительный исторический период. Результаты их работы были опубликованы в научном журнале «Energy Policy». Статья вышла с красноречивым названием «Лучше поздно, чем никогда, но позже никогда не лучше».

В работе показано, что при строительстве атомных электростанций заявленные проектные сроки как правило не соблюдаются, и задержки приводят к удорожанию проектов в среднем на 18 процентов. «Существенные задержки» отмечаются у строителей ¾ ректоров последнего поколения с 2010 года и до настоящего времени. За последние 50 лет сроки сооружения объектов атомной энергетики выросли в среднем в два раза.

Исторические данные свидетельствуют, что стоимость строительства атомных электростанций, заявляемая авторами проектов, является лишь гипотетической. Фактические расходы оказываются существенно выше. В связи с этим обращается внимание на повышенный финансовый риск атомных проектов.

Исследования показывают, что «у атомной энергетики нет шансов на экономическую конкурентоспособность», она не обойдётся без государственных субсидий и её стоимость будет только возрастать, несмотря на разработку высокотехнологичных АЭС.

Многие страны в мире отказываются от использования атомной энергии. В Германии, Испании, Тайване, Швейцарии, Бельгии, Швеции, Австрии решили полностью отказаться от использования атомной энергетики. Италия первая закрыла все свои АЭС и полностью отошла от ядерной энергетики. Отказались от строительства атомных электростанций Австралия, Азербайджан, Гана, Греция, Грузия, Дания, Ирландия, Казахстан, Латвия, Лихтенштейн, Люксембург, Малайзия, Мальта, Новая Зеландия, Норвегия, Португалия, Филиппины... 

В одном из мировых центров производства станций ядерной энергетики - Южной Корее - намерены прекратить ввод новых АЭС внутри страны. Во Франции, где сейчас атомная энергетика обеспечивает почти 80 процентов электроэнергии, решено снизить её долю до 50 процентов к 2035 году.

«Единственная проблема современности заключается в том, сумеет ли человек пережить свои собственные изобретения» (Луи де Бройль, лауреат Нобелевской премии по физике (1929 год)

«Ядерная энергия никогда не была рассчитана на коммерческое производство электроэнергии; она была нацелена на ядерное оружие. Вот почему атомное электричество было и будет неэкономичным», — говорит Кристиан фон Хиршгаузен, сотрудник институт DIW Berlin. В институте провели моделирование по методу Монте-Карло [численные методы для изучения случайных процессов – прим. авт.] 

Результат получился ошеломляющий: объекты атомной генерации создают отрицательную NPV [Net Present Value - чистая приведённая стоимость всех инвестиций – прим. авт.]  Другими словами, если данная величина отрицательна, то инвестиционный план является убыточным. 

По данным института DIW Berlin, каждый один ГВт атомной электрогенерации приносит в среднем убыток(!) в размере 4,8 млрд евро. Интервал потерь составляет от 1,5 до 8,9 млрд евро на 1 ГВт энергии. Вот вам и хвалённая экономичность атомной энергетики. 

В очередном, 14-м ежегодном докладе инвестиционного банка Lazard «Анализ приведённой стоимости энергии» традиционно сравниваются экономические показатели разных технологий электрогенерации. 

Ещё в 2016 году Lazard отмечал, что ветровая и солнечная энергетика стали сопоставимы с газовой по стоимости единицы вырабатываемой электроэнергии [LCOE - Levelised Cost of Energy - средняя расчётная стоимость производства электроэнергии на протяжении всего жизненного цикла электростанции – прим. авт.] В 2017 году авторы пришли к выводу, что ветровая и солнечная энергетика — самые дешёвые технологии генерации электричества. В нынешнем выпуске тенденция продолжается.

Стоимость энергии, вырабатываемой наземными ветровыми и солнечными фотоэлектрическими электростанциями промышленного масштаба упала за год, соответственно, на 2 и 9 процентов. В то же время Lazard отмечает, что темпы снижения затрат замедлились: за последние пять лет они составляли 11 процентов у солнечной энергетики и 5 процентов - у наземной ветровой. Замедление отмечалось и прошлогоднем докладе. И это естественно: снижение стоимости зрелой технологии не может происходить столь же стремительно, что и у набирающей зрелость молодой.

Но нас больше интересует сравнение капитальных затрат. 

Читатель может выразить недоумение: «Ведь это всё расчёты. А где практика?» 

NextEra Energy, Inc. - энергетическая компания из списка Fortune 200, которая имеет электрогенерирующие мощности около 45 ГВт. Для сравнения: в 2019 году в Узбекистане этот показатель составлял 12,9 ГВт, а к 2030 году суммарную мощность планируется увеличить до 29,3 ГВт. NextEra Energy использует установки, работающие на природном газе, нефти, ядерной, ветровой и солнечной энергии. 

Глава NextEra Джим Робо (Jim Robo), выступая на энергетической конференции «Wolfe Research Utilities & Energy Conference» 2 октября 2019 года, заявил, что солнечные и ветровые электростанции начинают вырабатывать однозначно самую дешёвую электроэнергию в Соединённых Штатах. 

Даже если солнечные и ветровые электростанции оснащаются накопителями энергии, что делает их выработку «почти твёрдой» (near-firm), - близкой по характеристикам к «традиционной» генерации, - они все равно будут дешевле не только угольного или атомного электричества, но даже и газового. Это мнение практика, менеджера и предпринимателя... 

«Прогресс технологии одаряет нас всё более совершенными средствами для движения вспять» (Олдос Хаксли, английский писатель и философ)

В «Концепции обеспечения Республики Узбекистан электрической энергией на 2020-2030 годы» предусмотрено, что «прирост генерирующих мощностей составит 16,4 тысячи МВт, в том числе 4,4 тысячи МВт регулирующих мощностей для покрытия пиковых нагрузок».

По мере ввода новых генерирующих мощностей будет поэтапно осуществляться вывод из эксплуатации морально и физически устаревших энергоблоков ТЭС. Общая мощность выводимого оборудования, отработавшего парковый ресурс, к 2030 году достигнет 5,9 тысячи МВт. К этому же году планируется завершить сооружение и начать эксплуатацию АЭС общей мощностью 2,4 ГВт.

Вывод: строительство АЭС мощностью-брутто 2,4 ГВт вовсе не решает задачи прироста генерирующих энергомощностей. Более того, планируемый ввод мощностей атомной генерации не покрывает даже выбытие изношенных энергоблоков тепловых электростанций.

Какие затраты ожидаются в связи со строительством, эксплуатацией и декомиссией станции? В первой части приводилось сообщение пресс-службы Игналинской АЭС о стоимости демонтажа станции в размере чуть больше 3,3 млрд евро или около 4 млрд долларов. Тогда автор высказал мнение, что цифра занижена и вот почему. 

Возьмём Швейцарию, которая имеет четыре АЭС суммарной мощностью 3,33 ГВт. Правительство Швейцарии 25 мая 2011 года приняло решение об отказе от атомной энергетики. Пять энергетических реакторов на четырёх АЭС страны, дающих около 40 процентов электроэнергии, должны быть закрыты до 2034 года. На решение правительства повлияло изменение отношения общества к атомной энергетике после аварии на АЭС Фукусима-1.

Исследование, проведённое представителями национальной атомной отрасли, показало, что закрытие всех объектов обойдётся в 21,8 млрд швейцарских франков. Проведённая недавно независимая экспертиза в целом подтвердила подход атомщиков, однако, увеличила сумму расходов до 23,5 млрд франков (26,6 млрд долларов). 

Расхождение вызвано тем, что эксперты предлагают повысить отчисления на случай вероятного дальнейшего роста расходов. Большая часть затрат - около 85 процентов - связана с обработкой и захоронением отходов. Кстати, в Швейцарии создана специальная комиссия по управлению фондами закрытия атомных электростанции и утилизации ядерных отходов (Stenfo), в которые АЭС отчисляют средства.

26,6 млрд долларов и мощность 3,33 ГВт. Или сумма расходов, связанных с закрытием и утилизацией отходов атомных электростанций в Швейцарии, составляет примерно 8 млрд долларов США на 1 гигаватт установленной мощности. При этом швейцарские эксперты апеллируют к международному опыту и уровню расходов на проведение подобных мероприятий в мире.

Используя допущения, можно предположить, что общие затраты на АЭС в Узбекистане могут превысить 25 млрд долларов. Только оплата кредита (погашение тела и процентов) – при сроке погашения кредита 15 лет – составит около 1,2 млрд долларов в год.

Можно использовать в качестве аналога данные по Белорусской АЭС из-за схожести стартовых условий и затрат. Белорусское правительство пока не назвало цифры по себестоимости атомной энергии, но в исследовании «Обзор сектора электро- и теплоэнергетики в Республике Беларусь - 2018», проведённом Белорусским теплоэнергетическим институтом, назван этот показатель. 10,2 цента за один киловатт-час!

По расчётам Белорусского теплоэнергетического института (РУП «БЕЛТЭИ») себестоимость производства, составляет 3,26 цента/кВт⋅ч (с учётом срока амортизации 60 лет).  Андрей Молочко - заведующий отделом общей энергетики РУП «БЕЛТЭИ» - уточняет, что речь идёт о себестоимости производства на шинах, то есть на границе БелАЭС. 

Заведующий отделом общей энергетики Белорусского теплоэнергетического института пояснил, что необходимо будет сбалансировать всю энергосистему и поддерживать резервные источники. Поэтому после ввода АЭС в эксплуатацию к этой «сырой» себестоимости электроэнергии добавляется множество других составляющих. С учётом этих составляющих и планируемого режима работы АЭС, кредитную нагрузку упрощённо можно оценить ровно в 5 центов за один киловатт-час. Таким образом, с учётом себестоимости электроэнергии на шинах 3,26 цента/кВт⋅ч стоимость электроэнергии от АЭС составит 8,26 цента за один киловатт-час.

На вопрос: «Почему в «Обзоре сектора электро- и теплоэнергетики в Республике Беларусь - 2018» указывалась сумма в 10,2 цента за один киловатт-час, Андрей Молочко ответил, что «тогда в себестоимость добавили ещё целый ряд составляющих, которые не относятся в принципе к АЭС, например, строительство домов в Островце или затраты на линии передачи». 

Но ведь при калькуляции стоимости энергии нужно включать в затраты не только прямые, но и косвенные и сопутствующие расходы. Так что, себестоимость 10,2 цента за один киловатт-час от атомной генерации близка к реальной.

«Свет Солнца — это чистая энергия для интеллекта» (Прокл Диадох, античный философ)

По словам заместителя министра энергетики Шерзода Ходжаева, один киловатт-час, произведённый на АЭС, по стоимости будет практически равен одному киловатт-часу, произведённому на ГЭС или тепловых электростанциях при условии, что эти объекты строятся сейчас, а не 30 лет назад. Видимо, в Министерстве энергетике тоже считают лишь прямые затраты на сооружение атомной станции.

Далее Шерзод Ходжаев добавил, что Узбекистан географически расположен там, где ориентироваться полностью на возобновляемую энергетику невозможно: «При нашем климате солнечная электростанция зимой будет вырабатывать в четыре раз меньше энергии, чем летом. Это доказывают в том числе международные исследования».

Не представляю на какие исследования ссылается заместитель министра. Вызывает недоумение и жалобы на «наш климат». Не очень много найдётся на Земле мест, климатические условия которых так полно отвечали бы условиям эффективного функционирования солнечной энергетики, как в Узбекистане. Фактически в Узбекистане солнечное сияние достигает 2 800 часов в год на севере страны и 3 050 часов в год – на юге. 

В исследовании «Изменение климата и его влияние на гидрометеорологические процессы, агроклиматические и водные ресурсы Республики Узбекистан» отмечается, что «пасмурные дни без солнечного сияния в Узбекистане отмечаются редко. В северных и горных районах их число достигает 45-50 в год, снижаясь на крайнем юге до 25. Энергетическая освещённость прямой солнечной радиацией на перпендикулярную к лучам поверхность на равнинных станциях в полуденные часы при ясном небе колеблется от 0,80 до 0,90 кВт/кв.м. Максимальные - из средних за месяц - величины солнечной радиации наблюдаются весной (в марте-апреле) и достигают 1,07 кВт/кв.м. На высокогорных станциях средние многолетние величины солнечной радиации изменяются в пределах 0,94-1,06, а максимальные величины достигают 1,21 кВт/кв.м.»

Оставим одного из лидеров развития солнечной энергетики в мире Германию, которая до 2015 года занимала первое место по установливаемой мощности солнечных электростанций.

В Голландии – далеко не солнечной стране - опубликован отчёт о развитии солнечной энергетики в 2020 году «Nationaal Solar Trendrapport – 2021». Прошедший год стал рекордным для отрасли: голландцы ввели в эксплуатацию солнечные электростанции мощностью 2,933 ГВт (в 2019 году прирост составил 2,57 ГВт; в 2018 году – 1,69 ГВт). По итогам 2020 года установленная мощность солнечной энергетики Нидерландов превысила 10,11 ГВт.

В новом докладе Lazard отмечается, что солнечная и ветровая энергетика дешевле даже газовой электрогенерации. 

По итогам 2020 года альтернативная энергетика в Европе впервые обогнала по генерации обычную, использующую ископаемое топливо. Об этом говорится в отчёте британского аналитического центра Ember и немецкого Agora Energiewende.

Консалтинговая компания Wood Mackenzie выпустила отчёт, посвящённый экономике фотоэлектрической солнечной энергетики. Он недвусмысленно называется «Полное затмение: как падение затрат обеспечит доминирование солнечной энергии в энергетике». Авторы отмечают, что стоимость энергии солнечных станций снизилась на 90 процентов за последние два десятилетия и, вероятно, уменьшится ещё на 15-25 процентов в ближайшее десятилетие.

Компания BloombergNEF (BNEF) опубликовала отчёт о глобальных инвестициях в «низкоуглеродные активы» в 2020 году. Авторы отмечают, что в прошедшем году установлены «рекордные мощности как солнечной (132 ГВт), так и ветровой (73 ГВт) генерации на основе лишь небольшого увеличения долларовых инвестиций»

Журнал PV Magazine привел небольшую, но интересную подборку старых прогнозов стоимости солнечной электроэнергии и сравнил эти прогнозные данные с действующими ценами. Сравнение показывает, что прогнозы теряют свою актуальность в течение нескольких лет после выхода – стоимость солнечной энергии падает намного быстрее, чем ожидалось. При этом несоответствие между прогнозными и фактическими цифрами становится весьма значительным.

Так, в отчёте Международного энергетического агентства (МЭА), опубликованном в 2015 году, прогнозировалось, что глобальная средняя цена LCOE для фотоэлектрических проектов, которые будут введены в эксплуатацию в 2020 году, составит 12 центов за один киловатт-час. Однако, данные IRENA показывают, что уже в 2019 году средневзвешенная глобальная цена LCOE в фотоэлектрической солнечной энергетике составила 6,8 цента/кВт⋅ч.

В последнем докладе МЭА «World Energy Outlook 2020» говорится, что солнечная энергия в настоящее время «неизменно дешевле» электричества новых угольных или газовых станций в большинстве стран, и солнечные проекты теперь предлагают «самые низкие цены на электроэнергию из когда-либо виденных».

Солнечная энергетика будет расти в будущем намного быстрее. И 300, и 400 ГВт в год – такой рост солнечной генерации возможен в ближайшем десятилетии. Так утверждает Международное энергетическое агентство.

«Прямо трудно поверить, как прекрасно можно обходиться без изобретений 2500 года!» (Курт Тухольский, немецкий журналист и писатель)

Солнечная энергетика Узбекистана интересна для инвесторов, девелоперов и предпринимателей, которые предлагают интересные проекты. Можно также вспомнить результаты конкурсных отборов за последнее время. 

Так, 4 октября 2019 года был объявлен результат международного тендера по строительству первой солнечной электростанции (СЭС) в Навоийской области. В тендере приняло участие 23 компаний из КНР, Южной Кореи, Японии, Саудовской Аравии, ОАЭ, Индии, Южной Африки, России, Испании, Норвегии и Франции. Победителем была объявлена компания «Masdar» (ОАЭ) с тарифом 2,679(!) цента за один киловатт-час выработанной электроэнергии и сроком строительства в течение 12 месяцев. По оценке экспертов из ОАЭ, солнечная электростанция будет производить 260 млн кВт⋅ч электроэнергии в год.

Помните сообщение пресс-центра Министерства энергетики от 31 марта 2020 года, в котором говорилось, что «по расчётам на сегодняшний день на производство электроэнергии в киловатт-час расходуется 403 сума»? Тогда этот показатель соответствовал 4,2 цента/кВт⋅ч. Помните расчётную стоимость одного киловатт-часа на Белорусской АЭС? 10,2 цента за один киловатт-час!

Строительство АЭС в Республике Беларусь началось в июле 2011 года. 22 декабря 2020 года первый блок БелАЭС был введён в опытно-промышленную эксплуатацию. Начало его промышленной эксплуатации планируется в феврале 2021 года, а второго блока – в середине 2022 года. Или строительство АЭС, по аналогичному проекту, предлагаемому для нашей страны, займёт 11(!) лет. 

Сравните стоимости одного киловатт-часа на солнечной и атомной станциях – 2,7 цента и 10,2 цента. И сроки ввода в эксплуатацию, соответственно, 1 год и 11 лет. Комментарии излишни, но об одном факте стоит упомянуть. 

Если при расчёте стоимости атомной энергогенерации будут учтены все затраты жизненного цикла АЭС (а только так и правильно считать), то это - с большой долей вероятности – приведёт не к снижению, а к увеличению стоимости электроэнергии в сети, что вызовет необходимость повышения тарифов на неё примерно в 1,3 раза.  

Солнечные и газовые генерации электроэнергии должны получить в Узбекистане ускоренное развитие: именно они сейчас могут наиболее полно и безопасно удовлетворить потребности населения и экономики в электроэнергии, именно их можно быстро ввести в эксплуатацию с наименьшими капитальными вложениями.

Отрадно, что в этом направлении начали осуществляться практические шаги. 24 января начато строительство Сырдарьинской теплоэлектростанции мощностью 1500 МВт совместно с компанией ACWA Power (Саудовская Аравия). Объект будет введён в эксплуатацию в четвёртом квартале 2023 года. Расчётная стоимость проекта Сырдарьинской ТЭС — 1,2 млрд долларов, или стоимость 1 ГВт установленной мощности составит 0,8 млрд долларов. Эти затраты на порядок ниже, чем при вводе в эксплуатацию атомного реактора, да и сроки строительства несравнимы. 

В Бухарской области и на границе Бухарской и Навоийской областей будут построены ветроэлектростанции «Баш» и «Джанкельды», общей мощностью 1000 МВт. Ввод в эксплуатацию данных электростанций, намеченный на 2024 год, обеспечит выработку дешёвой электроэнергии в объёме 3,6 млрд кВт⋅ч в год. Общая стоимость проектов составит 1,3 млрд долларов.

Необходимо развивать не просто энергогенерации на основе возобновляемых источников энергии. Нужно решать вопрос комплексно. Для сглаживания пиков электрической нагрузки в энергосистеме нужны новые конденсационные электростанции (КЭС); проекты, включающие системы с литий-ионовыми батареями и другими инновационными накопителями энергии.  

Например, во Франции компании Engie SA и Neoen SA построят солнечный парк «Horizeo» мощностью 1 ГВт. Энергетический комплекс – площадью 1000 га – расположится в департаменте Жиронда. Объём инвестиций оценивается в 990 млн евро. Ввод в эксплуатацию намечен на 2026 год. Объект будет оснащён накопителем энергии (мощность батарей составит 40 МВт) и электролизёром [устройство, предназначенного для разделения компонентов соединения или раствора с помощью электрического тока – прим. авт.] для производства водорода (10 МВт). Полученный водород можно использовать в качестве топлива для газовых электростанций во время пиковых нагрузок. 

Наряду с наращиванием энергогенерации необходимо серьёзно заняться снижением энергоёмкости.  В настоящее время среднее значение показателя энергоёмкости ВВП по всему миру составляет 240 кг.н.э./1000 долл.США. Энергоёмкость ВВП Узбекистана почти в 4 раза выше, чем в ЕС и в 2 раза выше мирового среднего показателя. 

Посмотрите на экономику Белоруссии. При сопоставимых объёмах ВВП Узбекистан производит в 1,6-1,8 раза больше электроэнергии, чем Беларусь. При этом на конечное энергопотребление Беларусь тратит около 90 процентов выработанной энергии, а в Узбекистане же наблюдается дефицит в размере 9,4 процента от потребности.

Снижение энергоёмкости экономики, развитие солнечных и газовых энергогенераций и инновационных систем накопителей энергии – вот путь, по которому идёт сейчас цивилизованный мир. Это дешевле, экологичнее, эффективнее и, главное, безопаснее. 

Да, пока без газовых мощностей такая система обойтись не может, но ведь и энергоблоки АЭС не могут быстро изменять мощность. Но сейчас появляются всё новые перспективные разработки аккумуляции энергии для её использования в дальнейшем. Ждать осталось совсем недолго.

Нужно прекращать «жить в кредит», а развивать государственно-частное партнёрство (ГЧП) в сфере электроэнергетики. Создавая конкурентную среду среди инвесторов, Узбекистан может получить инвестиции, новые технологии, знания, новые генерирующие мощности. Конкуренция даст возможность снижения себестоимости энергии, а значит и тарифов, в отличие от государственной монополии.

Инвесторам нужны новые проекты и новые рынки. Если в 2019 года в тендере на создание солнечной электростанции приняло участие 23 зарубежных компаний, то в следующем тендере их число увеличилось до 83. Правильная и грамотная работа с инвесторами, прозрачные и несменяемые условия предпринимательства, соблюдение законности и права частной собственности – при соблюдении этих, таких естественных, положений можно решить многие задачи. И решить за короткое время. 

Главное, чтобы у чиновников открылся государственный взгляд, а не преобладала защита ведомственных или, хуже того, личных интересов... 

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора статьи.

Больше новостей в Телеграм-канале Подписаться

Последние новости

Больше новостей

Популярные новости